Мы ВКонтакте

Друзья и помощники 

Хлебная Слобода-470х120_1 

Детский фонд

 Комплект Рем Строй 

Молпромснаб

 Банк Хлынов

 Моя семья


Главная \ Статьи \ Публикации \ Праздники \ Мудрость земная и небесная

Мудрость земная и небесная

Мудрость земная и небесная

0_66d0e_5a6bf234_XL

Краткое житие преподобного Серафима Саровского 

Серафим Саровский (в миру Прохор Сидорович Мошнин), преподобный, старец-пустынножитель и затворник. Один из самых почитаемых святых в Русской православной церкви. Родился в городе Курске в 1759 году. В 1778 году поступил в число послушников Саровской пустыни. Пройдя за 8 лет все степени монастырского искуса, был пострижен в монашество и назван Серафимом; в 1793 рукоположен в иеромонаха. Добровольно удаляясь в пустыню, проводит все время в строгом посте, в трудах и в молитве. Затем наложил на себя трехлетнее молчальничество, позже затворничество. По выходе из затвора начал принимать страждущих, утешать и исцелять их. В некоторые праздники к нему приходило по несколько тысяч человек. Серафим Саровский приложил особые усилия к устроению и расширению Дивеевской женской общины, образовав особую Серафимо-Девеевскую общину. Скончался 2 января 1833 года. 

9 июля 1903 года последовало открытие его мощей. Он был причислен к лику святых через 70 лет после кончины. Чин канонизации совершен был в Сарове при большом стечении народа и в присутствии царя Николая II. Мощи его были открыты для поклонения в Саровской пустыни. В 20-х годах обитель закрыли, а мощи были вывезены в Ардатов, где и исчезли. Только в 1991 году они были обнаружены в фондах Государственного музея истории религии, расположенного в Казанском соборе Санкт-Петербурга. Летом того же года они были доставлены крестным ходом на Нижегородскую землю в Серафимо-Дивеевский монастырь. 

10

Праздничное назидание 

Любая повседневная мелочь из жизни святого может порой совершенно негаданно рассказать о его «сокровенном сердца человеке» (1 Петр. 3,4) гораздо больше, чем сотни свидетельств о внешних духовных подвигах. Житие преподобного Серафима Саровского не исключение. Есть в нем одна такая невидная «мелочь», что даже при самом пристальном к ней внимании, она остается словно незаметной, в тени его высоких аскетических трудов, далеко превосходящих меру человеческих возможностей. Не будем интриговать наших читателей, этот таинственный пустяк – позолоченные очки преподобного. Сегодня они хранятся в особой витрине под стеклом вместе с рядом других его личных вещей, расположенной  с левой стороны от раки со святыми мощами в Троицком соборе. Всякий, кто хоть раз молился и совершал поклонение перед священной ракой, несомненно, обращал на эту небольшую витрину внимание, с благоговением кратко рассматривая обиходные вещи преподобного Серафима. Их собрали сестры дивеевской обители. Все вещи ранее хранились в дальней и ближней пустыньках преподобного, которые стараниями Н. А. Мотовилова были перевезены из саровского леса в Дивеево. Дальняя пустынька служила алтарем Преображенской кладбищенской церкви. На престоле в начале XX века, а ранее — вместе с вещами помещался медный литой восьмиконечный крест преподобного Серафима — материнское благословение. В алтаре в шкафчике находилась книга с пометками старца, включавшая в себя переплетенные вместе Евангелие, Апостольские послания и Псалтирь.

580x380_QNhdbExKZ2qPvD0uxshF

Ее старец всегда имел при себе и носил с собою в котомке за спиной. Этот факт в соотнесенности с очками для нас особенно важен. Стоит так же напомнить, что свое келейное молитвенное правило он совершал по уставу древних пустынных обителей; со святым Евангелием никогда не расставался, прочитывая в течение недели весь Новый Завет, читал также святоотеческие и Богослужебные книги. Другими словами, преподобный Серафим был изрядным книгочеем. Скончался он в возрасте семидесяти четырех лет и, по всей видимости, от  перенесенных в юности жестоких болезней, смертельных побоев от рук разбойников, тяжелых условий монашеского быта, может быть, отчасти и от усердного чтения при лучине темными зимними вечерами, глаза преподобного  утратили остроту, и он уже не мог ясно различать молитвенные и святоотеческие тексты. И здесь для нас начинается духовный урок. Как поступил преп. Серафим? Он мог сказать себе, что раз очи мои ослабли, а душа и тело монаха находятся под непосредственным водительством Божиим, следовательно, пришел для меня час оставить всякое земное назидание через чтение книг, и заняться исключительно духовным созерцанием и сердечно-молитвенным деланием. Короче, долой все книжки, впереди только один небесный труд – иисусова молитва в глубине сердечных мистических озарений. Но преподобный поступает иначе, он просит у келейника, приобрести для него приспособление для навострения глаз, именуемое между людьми, очками. Что такое были очки в России времен императора Николая Первого? Без всякого преувеличения, это было высокотехнологичное, дорогое изделие, если угодно, образчик «нанотехнологии» 19 века, но вместе с тем и модная причуда, аксессуар для франтов. Однако, для преподобного они стали насущной необходимостью.

D887_enl

Нужно знать, что в первой половине 19 века отношение в России к ношению очков было крайне неоднозначным, например, по воспоминаниям современником, Дельвига, лицейского друга Пушкина, когда тот впервые явился в очках в учебный класс, просто выгнали вон. Более того, начальство Лицея ему так и не позволило до конца учебы носить эти «злокозненные линзы». Чиновники николаевской России не имели никакого права носить очки на службе. Впрочем, непростым отношением к этому замысловатому предмету, грешила и Европа, правда несколькими веками раньше. В XVI веке очки для европейцев хоть и стали привычной вещью, но серьезно подвергались критике некоторых церковных служителей. По их мнению, плохое зрение, как и все другие болезни — это кара небесная за грехи, а линзы якобы являлись дьявольским изобретением, чтобы противодействовать воле Божией. Даже чертей и ведьм на старинных гравюрах иногда изображали в очках. Первым достоверным свидетельством использования очков от близорукости считается портрет папы Льва X, выполненный Рафаэлем в 1517 году. Понтифик, отправляясь на охоту, всегда брал с собой это приспособление для усиления зрения. 

В Россию очки впервые попали в начале XVII века из Германии. Стоили они очень дорого, но, тем не менее, пользовались спросом и служили показателем благосостояния. Немецкие очки были, в частности, у царя Алексея Михайловича — человека не только начитанного, но и пишущего. В «Расходной книге» первого русского государя из династии Романовых есть такая запись за 1614 год: «Для царя у московского гостя были куплены очки хрустальные с одное сторону гранены, а с другую гладкие, что, в них смотря, многое кажется». При этом у патриарха Никона в ту пору было уже целых восемь пар очков. Во второй половине XVII века Россия начала закупать очки оптом. В 1670 году из Западной Европы в Москву была привезена 491 дюжина очков. То есть, 5892 пары. Хорошее начало, но дальше начинается "очковое" падение.

0_d51f6_288a6942_XXL

В качестве мер по борьбе с безнравственностью в начале XIX века в России ношение очков было запрещено всем лицам в форме, и лишь в  неофициальной обстановке офицерам и студентам разрешалось пользоваться лорнетом, подчеркиваем только лорнетом, а не очками! Привилегию носить очки, необходимо было заслужить «верой и правдой». Почти совсем слепой министр финансов Е.Ф. Канкрин, военный историк А.И. Михайловский-Данилевский, офицер В.М. Каченовский были удостоены личного разрешения Николая I на постоянное ношение очков. В высшем обществе ношение очков на носу считалось безвкусицей, портящей внешний облик. Исключение делалось только для глубоких стариков и представителей менее знатных сословий — ученых, художников, стряпчих, студентов. 

Дамы испытывали к очкам особенное отвращение и старались не пользоваться ими как можно дольше — чтобы не уродовать лицо. Не только женщины, но и знатные мужчины избегали ношения очков. Что уж тут говорить о епископах, архимандритах и маститых городских протоиереях?  Очками им было пользоваться зазорно. Знал ли обо всех этих социальных очковых перипетиях преподобный Серафим нам неизвестно, впрочем, если бы даже и знал, то, думаем,  свое решение пользоваться «волшебными стеклами» он не изменил бы. 

К середине 19 века общественное порицание заочкованных граждан идет на убыль. На Невском проспекте напротив Гостиного двора открываются крупнейшие магазины петербургских коммерсантов-оптиков, например, в доме 46, разместился магазин торговой фирмы «И.Э. Мильк», основанной в 1848 году Иоганном Мильком. Среди заказов, которые выполняло предприятие, были очки и лорнеты для императрицы Марии Александровны и императора Александра II. В доме 44 на Невском проспекте находился оптический магазин Ивана Урлауба. Помимо медицинской техники фирма производила морские, полевые и театральные бинокли, лорнеты и очки. В Москве набирала обороты мастерская Трындиных, основанная в 1809 году. Дорогие лорнеты производила, в частности, и знаменитая фирма «Фаберже». В Оружейной палате Московского Кремля до сих пор хранится лорнет великой княгини Елизаветы Федоровны, изготовленный именно этой знаменитой компанией. Однако, эта часть истории распространения очков в России для нас малоинтересна. 

serafim_sarovskiy-06

Важно понять следующее – преподобный Серафим «ничтоже сумняшеся» воспользовался современными технологиями, чтобы возрастать в благочестии. Что же скажет, недоверчивый читатель, теперь бы он не расставался бы с сотовым телефоном и попросил бы провести в свою келью «толстый» интернет-канал? Не будем перегибать палку! В житии другого святого 20 века, старца Силуана, находится ответ на этот вопрос. Вот, что пишет его ученик, архимандрит Софроний (Сахаров): «В течение многих лет большою швальнею Монастыря заведовал отец Диадох, монах во всем примерный, до педантичности аккуратный; любитель богослужения, начитанный, тихий нравом и благородный в общении с людьми, он пользовался общим уважением. Однажды, в день его Ангела, зайдя к нему, я нашел его в обществе своих духовных друзей: одного старца-духовника, Отца Трофима и Старца Силуана. Что было до меня — не знаю, но я услышал следующее:

Духовник рассказал что-то прочитанное им в газете и, обратившись к Старцу Силуану, спросил:

          — А Вы, Отец Силуан, что скажете по этому поводу?

          — Я, Батюшка, не люблю газет и газетных новостей,— ответил он.

          — Почему так?

          — Потому что чтение газет омрачает ум и мешает чисто молиться.

          — Странно,— говорит духовник.— По моему, наоборот, газеты помогают молиться. Живем мы здесь в пустыне, ничего не видим, и так душа постепенно забывает о мире, замыкается в себе, и молитва от этого слабеет... Я когда читаю газеты, то вижу, как живет мир и как страдают люди, и от этого у меня появляется желание молиться. Тогда служу ли я Литургию, молюсь ли у себя в келье, я от души прошу Бога за людей и за мир.

          — Душа, когда молится за мир, без газет лучше знает, как скорбит вся земля, знает она и какие нужды есть у людей, и жалеет их.

          — Как может душа знать от себя, что творится в мире? — спросил духовник.

          — Газеты пишут не о людях, а о событиях, и то неверно; они приводят ум в смущение, и правды из них все равно не узнаешь, а молитва очищает ум, и он лучше видит все.

          — Неясно мне, что Вы хотите сказать? — опять спросил духовник.

Все ждали ответа Старца Силуана, но он сидел молча, с наклоненной головой, и не позволил себе в присутствии духовника и старых монахов объяснять — каким образом душа, вдали от всего, молясь о всем мире, духом может знать жизнь мира, и нужды и страдания людей. Удостоенный познания, какого удостаиваются лишь единицы на поколения, он в беседах словно стыдился идти дальше намека, благодаря чему его великая мудрость и совершенно исключительный опыт часто оставались сокрытыми от собеседника». Старцу Силуану не нужны были «газеты» века сего: радио, интернет, мобильная связь и прочая и прочая, чтобы «молиться и скорбеть за весь мир». Он  ведал обо всем Духом Божиим. Подобно и святому Серафиму Саровскому, явись он в нашем 21 веке, были бы совершенно без надобности наши высокотехнологичные «игрушки» и софт. Думаем, что он совершенно спокойно бы обошелся без компьютера, сетевого блога или личной странички в социальной сети. Но вот от электрической плиты, чайника, настольной лампы, водяного насоса для полива своего небольшого огородика, и пары розеток на всякий случай, думаем, что он бы не отказался. Быстро вскипятить воду, согреть горячим чаем гостя, добравшегося до дальней пустыньки преподобного, почему бы и нет? Может быть, для душевного отдохновения, и магнитофоном бы разжился, чтобы слушать красивые духовные песнопения. В этом нет ничего невероятного, ведь был же у последнего соборно избранного Оптинского старца Нектария, наделённого Богом великим даром пророчества и прозорливости, граммофон и множество пластинок с духовными песнопениями. Не мешал он ему, стало быть, «спасать душу» и восходить духом к Престолу Божьему. 

3877615_large

Очки преподобного Серафима учат нас духовной трезвости и смирению. Он, получивший от Бога величайший дар исцеления среди русских святых, почему-то не стал утомлять Господа просьбой о даровании ему полноценного зрения, а просто разузнав о естественной возможности его исправить, попросил принести ему… студенческие очки. В этом небольшом факте жития всероссийского старца  для вдумчивого взгляда, тоже открывается «великое в малом». Очевидно, что преподобный не страдал никакой технофобией даже в самой отдаленной форме, всякий раз надевая очки и читая Евангелие,  Псалтирь или другие святоотеческие скрижали, он словно учил нас через века мудрому отношению к феномену человеческой цивилизации и добрым плодам светской культуры, получившим Евангельскую закваску.

Теги киров храм иоанна предтечи. серафим саровский