Храм Вятки с 300-летней историей

Суворов 2

Александр Васильевич Суворов прожил жизнь удивительную – деятельную, героическую, легендарную. И такие суворовские черты, как склонность к самовоспитанию, упорство, могучая внутренняя дисциплина, соседствовали с природным талантом полководца. Суворов никогда не был расхристанным, неорганизованным гением. Из мемуаров Дениса Давыдова мы узнаём, что все суворовские победы начинались с чистой сорочки! Давыдов вспоминает о том, как Суворов с маневров приехал к Давыдовым, пропыленный, усталый, помятый, но вскоре:

«Мы все ожидали выхода Суворова в гостиную. Это продолжалось около часу времени. Вдруг растворились двери из комнат, отделенных столовою от гостиной, и Суворов вышел оттуда чист и опрятен, как младенец после святого крещения».

Россия любит победителей. Но Россия умеет побеждать не только на полях сражений, не только «железом и кровью»; воинственное начало в характере Российской империи и СССР никогда не пользовалось народной поддержкой, не считалось подлинно героическим. Древний летописец предпочитает воинственному и победительному Святославу политиков, чьим кредо была взвешенность, умение сберечь народ, уберечься от потрясений, помириться с противниками, пойти на смиряющий гордыню компромисс: Ярослава Мудрого, Владимира Мономаха.

К военной доблести и победительности они добавляют стремление победить собственные пороки, слабости. И Суворов не стал бы великим Суворовым, если бы он не пел во время церковной службы «на клиросе с дьячком басом».

Мы говорим о “суворовском чуде” – о чуде, заслуженном трудом, разумной реализацией таланта, холодным умом и горячим сердцем. Но это чудо сотворил чудак – именно такую репутацию заслужил у современников наш полководец. Чудачествам Суворова не было конца, народным рассказам о них – счета. Именно чудаком вошел Суворов в собственную легенду. И чудачество было не только маской Суворова, не только следствием его характера и темперамент, не только подвигом юродства, но и идеологией национального героя.

Суворов жил — действовал и мыслил — именно так, как должен был, по представлению россиян, действовать и мыслить национальный герой. Созданный стереотип российского героя – ни в чем не знающего меры, безрассудного, здорового пить, казнить и миловать – совсем не исчерпывает психологии наших гениев.

 192369_html_45e1c97e

 

Английская карикатура на Суворова. Суворов изображен справа.

 

На английских гравюрах Суворова изображали кровожадным гигантом, без разбору ворочающим тьмами солдат, но мы-то хорошенько знаем, что, как сказал Арсений Несмелов, “был он худ, был с пудреной косицей”. И солдат в его распоряжении было всегда меньше, чем у противника: в России умели беречь людей. Точно так же искажается образ России, причем искажается зачастую самими нами, россиянами. Россия – это не только “береговой гранит” Санкт-Петербурга, но и тесные лазурные помещения кремлёвских храмов. Не только гордыня Иоанна Васильевича, но и смирение первого Романова, великого терпелива Михаила Фёдоровича. Россия — это не только бесчеловечные масштабы дерзновенного сталинского величия, но и экономный карандаш Алексея Николаевича Косыгина, рачительного хозяина и скромного труженика. Тем, кто сейчас высокомерно повторяет: “Что можно ожидать от этой страны…”, стоит обратить внимание на слова одного нашего политика, обращенные к министрам отставленного правительства: “Нам не за что краснеть”.

Так вырабатывается важнейший критерий общественной полезности: работать так, чтобы не за что было краснеть. И здесь не так важно, справедливо ли было это заявление в конкретном случае, важно само движение к суворовским принципам осмысленной честности государственной службы. Так, может быть, нам всем нужно постараться вести себя так, чтобы и нам было позволено не краснеть? Идеализм? А между тем, это правило можно назвать и самым прагматическим! Лучшие сыны нашей Родины (как и лучшие сыны любой Родины) не боялись глядеть в глаза Истории. Эту обыденную из истин нам ещё осмыслять и осмыслять. Построить образ национального героя на основании принципа “авось” невозможно. Сам Суворов, отражая упрёки завистников, объявлявших непобедимого полководца пленником счастья, если угодно, добивающимся всего “по щучьему велению”, не раз повторял: “Был щастлив потому, что я повелевал щастьем” (из письма Г. А. Потемкину, от 22 ноября 1784 г.).

 В.Суриков. Переход Суворова через Альпы в 1799 г

Для легенды о Суворове огромное значение имеет пафос преодоления, преодоления трудностей, преград, встававших перед полководцем – “Тысячи воинств, стен и затворов…”. И исторические, признанные наукой, документы, и многочисленные предания говорят о том, как часто Суворов совершал самые великие свои подвиги, преодолевая тот или иной физический недуг, он умел мобилизовать себя в больном состоянии, страдая от ран. Наконец, Суворов – это пример деятельного старца, постоянное преодоление физической немощи, свойственной преклонному возрасту, также стало сопровождением подвигов нашего полководца. Г. А. Потемкин, представляя Суворова к награде в пространном письме императрице, оставил заслуживающее внимания описание кинбурнского сражения. “Он (Суворов – прим.) своим постоянным присутствием в первых всегда рядах удержал людей на месте. Солдаты сами повторяли бегущим: “Куда вы? Генерал впереди!” Сими словами обращены назад. Ранен будучи пулею и получа картечную контузию, не оставил своего места. Наконец, опроверг неприятеля, и наши так остервенились, что по сказкам турок, греков и протчих выходцев из Очакова единогласно показывают, что было более 5 тысяч, а спаслось до осьмисот, из которых все почти переранены, а больше половины умерло, возвратясь. Такого числа у турок никогда не побивали. “…” Кто, матушка, может иметь такую львиную храбрость. Генерал Аншеф, получивший все отличности, какие заслужить можно, на шестидесятом году служит с такой горячностию, как двадцатипятилетний, которому еще надобно сделать свою репутацию. Все описав, я ожидаю от правосудия Вашего наградить сего достойного и почтенного старика. Кто больше его заслужил отличность?!” И далее – благородный жест Потемкина, самого, пожалуй, талантливого начальника за всю суворовскую службу: “Награждение орденом достойного – ордену честь. Я начинаю с себя – отдайте ему мой.

Памятник А. В. Суворову в Очакове

Памятник А. В. Суворову в Очакове

Он отозвался предварительно, что ни деревень, ни денег не желает и почтет таким награждением себя обиженным”. Потемкин предлагает произвести Суворова в гвардии подполковники или сделать генерал-адъютантом. Суворов станет гвардии подполковником Преображенского полка. Но – после измаильской виктории. Награды приходили к полководцу через тернии, с мучительными опозданиями.

Стремление к Суворову – вот лучшее движение для современной России. И, не смотря на то, что Суворов был человеком военным, эта идея не способна “взорвать” ситуацию в России, не способна внести в нашу жизнь элемент агрессивности. Суворов – воин-умиротворитель, воин-богомолец, враг кровопролития и смуты. И, к слову сказать, Суворов и с турками воевал, а точнее не воевал - побеждал!