Храм Вятки с 300-летней историей

-y8CDwjiCIQ

Православный писатель святитель Николай Сербский известен русским читателям по замечательным своим произведениям таким, как беседы “Над грехом и смертью”, “Омилии”, “Охридский пролог”, “Нагорные проповеди”, “Слово о Всечеловеке” и другие. 

О «миссионерских письмах» святителя Николая. 

Ценность писем епископа Николая Сербского заключаются в том, что великий знаток человеческой души, православной веры и всех областей земного человеческого бытия объяснял глубочайшие мысли и истины просто и доступно, объяснял их каждому богоискателю, несмотря на его возраст и степень образованности. Его стиль – поэзия, язык чист, как горный родник. Он сам – носитель святоотеческого Православия, золота, переплавленного в семь Вселенских Соборов.  «Миссионерские письма» сербского святителя спасли множество душ от блужданий по пустым нивам, где царит духовный голод, от отпадения от святоотеческого Православия, от уныния и отчаяния в тяжелейших условиях рабства и частых войн.

Письмо неправославному священнику, на вопрос: «За что Бог наказывает православную Россию?»

Уверены ли Вы, что нынешние страдания православного русского народа – наказание Божие? Я, признаюсь, не уверен. Так и ошибиться недолго, если считать всякое страдание народа или личности наказанием Божиим. Три голгофских креста учат нас осторожности в оценке чьих-либо страданий. Разве Христос был распят в наказание? В длинной веренице мучеников мы видим и пророков, и апостолов, и многих светлых праведников и праведниц. Их страдания не были наказанием, а если и страдали они за грехи, то не за свои. Как и Тот Безгрешный, Который принял величайшую муку, воистину за грехи мучим был, но не за Свои, а за человеческие. Страдание Святой Руси за грехи попущено, но за чьи? Об этом спросите. Вспомните, знаток Священного Писания, как Господь истолковал евреям гибель тех восемнадцати человек, на которых упала башня Силоамская. Сказал Он, что не потому погибли они, что были грешнее всех галилеян, но для того, чтобы предостеречь грешников, больших себя: если не покаетесь, все так же погибнете.

  nIefeQJtqNo

Разве Россия грешнее всех других стран, что несет тяжелейшие страдания? Всему миру очевидны две вещи: первое, что русский народ горит в огне страданий, как когда-то три отрока в печи вавилонской; второе, что материалистические и безбожные теории, которые разожгли в России этот огонь, возникли не в русском православном народе, а рождены народом нерусским и неправославным. Все остальное – тайна Промысла Божия. В эту страшную тайну проникать глубоко нам не должно. Мы можем уподобить русское страдание страданию праведного Иова, которое помогло и помогает многим и многим. Мы можем увидеть в муках России знак Божий всем народам, чтобы береглись материализма и в теории, и в практике, в мыслях и в делах. Самые благородные умы прошлого 19 столетия доказывали безумие и гибельность таких теорий. 

Но слова не убедили, потому и попущен ужас воплощения этих теорий, попущен на практике. Подобно тому как Силоамская башня рухнула на бедных галилеян, и современная башня всех лжеидей рухнула на великий русский народ. Чтобы род человеческий увидел это и отрезвился от пагубных и разрушительных теорий. Но кто бы решился сказать, что эта современная башня лжи рухнула на Россию потому, что она грешнее всех? Я, словно сейчас, слышу предостережение Христово нам: если не покаетесь, все так же погибнете, – о племена и народы! К этому предостережению Божию мы можем добавить уроки мировой истории. Ни одна революция не завершилась тем, с чего началась. Этому учит нас прошлое. Часто то, что революция низвергает и разрушает, впоследствии торжествует как истина. Это произошло и с верой Христовой, гонимой, но неизгнанной, поругаемой, но непоруганной, избиваемой, но неубитой. И очевидно, что и славянская, и мировая миссия России не в том, что происходит там сейчас, но в том, что грядет после революции. 

Во всяком случае сегодняшние крестные муки русского народа принесут миру непреходящую пользу. А сам русский народ выйдет из огня страданий более сильным, святым и славным, чем был прежде. Даже обычный кузнец бросает в огонь железо не для того, чтобы наказать его, но чтобы сделать его чище. Мы считаем и верим, что Творец попустил великому русскому народу огонь страданий не для того, чтобы наказать и истребить его, но чтобы этим страшным примером предостеречь и вразумить другие народы, а сам русский народ вовеки прославить пред землей и небом. 

Письмо о вере и мужестве  

Без искренней и твердой веры в Бога живого нет мужества. А где нет мужества, там люди прибегают к лукавству и изворотливости. Одно только сербское село Гацко дало больше героев, чем целый европейский город. Каждый, кого упомянул ты в письме,– герой; и отец Богдан Зимонич, и отец Новица Церович, Иаков Джакович, Стоян Ковачевич – все они великие сыны народа. Их вера в Бога и конечную победу истины была чистой и простой, детской верой, не знающей сомнений и не запятнанной нечистыми расчетами. Богобоязненные патриоты не могут не быть героями. Для того, кто Бога боится и народ любит, смерть – ничто. А кто не боится смерти, чего еще может бояться? Того, что рассказывают об отце Богдане очевидцы, ни один эпос не знал. Он настолько верил, что Промысл Божий хранит его от гибели, что крикнул своим друзьям: “Спрячьтесь за моей спиной!”. А как широка была спина отца Богдана, ты лучше знаешь: ты видел его живым. 

Такое было время, такое мужество. Мне очень дорога твоя искренность в отдании должного мусульманским героям. Но и среди них лишь те считаются героями, кто в Бога верил и Бога боялся. По моему мнению, не сабля турецкая покорила Балканы и Европу до Вены, а крепкая вера мусульман. С крепкой верой всегда соединяются дисциплина и преданность. Вооруженные этим невидимым, и тогда, и ныне, и всегда решающим оружием, турки были в состоянии создать государство, простиравшееся от Индии до Будима, одно из величайших государств в мире, создать и удерживать его крепче, чем держали Индию англичане. Когда султан Сулейман двинулся в поход на Венгрию со стотысячным войском, он издал приказ, по которому лишался головы каждый воин, позволивший себе оскорблять словом или грабить людей, встречавшихся им на пути. Как в Ветхом Завете! Но в черногорцах и герцеговинцах этот храбрый азиатский народ нашел достойных соперников в вере и благородстве.

 2170605-R3L8T8D-650-powerful-photos-24

А сейчас ты сетуешь, что после войны не осталось героев и героизма. Это послевоенное поколение напоминает тебе, как ты говоришь, стаю пиявок, присосавшихся к земным наслаждениям, выросших на крови балканских героев и мучеников. Но разве война прекратилась? В книге Иова написано: человек в этом мире – воин. 

Да, война продолжается, но ведется она уже не с помощью мечей или пушек, а тайно, незримо: битва идет за спасение душ человеческих. Кто-то борется с болезнями, кто-то с искушениями, кто-то за совесть и честь, кто-то за слабых и беспомощных и тому подобное. А где борьба, там и герои. Если герои эти не видны всем и всюду, не значит, что их нет. Они есть, их много. Они есть в домах, на улицах, в больницах, на полях. Ибо героизм – привилегия не только генералов жизни, но и ее рядовых. 

Письмо немецкому богослову о  мире 

Вам кажется, что Православная Церковь мало интересуется проблемами мира, и это Вас беспокоит. Как же мало? Кто желал мира больше, чем мученики и исповедники? А мучениками и исповедниками являются все православные народы. Пишу это, не хвалясь и не сожалея, а свидетельствуя известный исторический факт. На Вашем родном языке Вы можете найти книги, в которых содержатся описания многовековых страданий и мук православных народов. Но это лишь небольшая часть той неописуемой глубины страдания, в которую они были погружены столетиями. 

Когда мира желают народы богатые и свободные, боюсь, они желают его ради житейских, мирских наслаждений, они желают его, как покоя и отдыха. Естественно, совершенно естественно, что Православная Церковь, как хранительница души православных народов, всем сердцем желает мира в мире, мира, а не войны. Поэтому в наших храмах утром и вечером возносятся молитвы о мире на земле. Почему молитвы? Потому, что мы, православные, верим, что мир на земле – дар Божий, так же как и “благорастворение воздухов”, изобилие плодов, и дождь, и здоровье, и сама жизнь. Поэтому мы молимся Дародавцу всех благих даров, чтобы даровал мир на земле. 

Вы сами понимаете, что мир есть следствие добродетелей, а не человеческой изобретательности. Знаете, как Ангелы Божии в своей песни над Вифлеемской пещерой прежде восславили Бога, а потом мир на земле: слава в вышних Богу, и на земле мир, в человеках благоволение! Тот, кто вначале с верой и молитвой не восславит Всевышнего своего Творца, может ли иметь мир в душе, может ли он дать миру то, чего сам не имеет? Вспомните далее слово апостола Павла: Он – мир наш [197]. Что еще сказать? Вы знаете, что все Евангелие Христово по сути своей является единственной на свете наукой о мире. Зная его, как же можно не согласиться с тем, что мир есть следствие добродетели, а не дело изобретательности, что мира можно достичь только добродетелью и никогда ловкостью.

свеча 3

Возьмите в пример семью, в которой муж и жена, без добродетелей, поддерживают мир между собой только изобретательностью ума. Разве мир в такой семье может быть продолжительным? В семье же, где прославляется Бог, где царит благочестие, разговоры о мире не ведутся, ибо мир существует в ней сам по себе, от добродетельности. Так же, как, скажем, тепло – следствие света, а свет – следствие огня. Так же и в народе, и во всем человечестве.

Если бы добродетель в мире не подвергалась сомнению, не было бы столько разговоров о мире. Ибо мир проистекал бы из добродетели. Но в мире сейчас гораздо больше говорится о мире, чем в прежние времена, и люди больше, чем когда-либо, стараются не вернуть добродетель, как условие мира, а создать его изобретательностью ума. Но так же как крышу нельзя покрыть раньше фундамента, так и мира не достигнуть прежде добродетели. А основание и вдохновение всякой добродетели для нас, христиан, есть Господь и Спаситель наш Иисус Христос. Ибо кто иной мог бы быть основанием мира на земле, как не Тот, Кто назван Царем мира? 

Тогда же, когда предводители народов и племен станут создавать мир на земле не так, как их древние предки, которые возводили Вавилонскую башню без Бога, полагаясь только на свое умение, а не на молитву; когда они созовут народы и племена, чтобы пасть пред Всевышним на колени; когда будут установлены пост и воздержание от всех развлечений и наслаждений, хотя бы на некоторое время; когда будет строго запрещено всякое богохульство; когда всякая добродетель в сознании людей возобладает, как необходимое условие мира,– тогда Церковь Православная с великой радостью и готовностью принесет все жертвы, к которым Бог и человечество призовут ее ради мира между людьми. 

А до тех пор Церковь будет делать то, что может. Наставлять своих верных в добродетели, укреплять их в вере и любви и таким образом поддерживать мир среди них. И будет молиться Царю мира, да удостоит Он всех людей Своего Божественного дара – мира на земле 

Письмо политику Н. Н., о политической морали 

Из Вашего письма я понял, что Вы склонны признавать за политикой некую особую мораль, отличную от общечеловеческой морали. Это означает только одно, хотя выразились Вы осторожно и тонко: то, что непорядочно в обычных человеческих отношениях, в политике порядочно; то, что в обычных человеческих отношениях недопустимо, в политике допустимо. Эта опасная тенденция рождена не вчера и не Вами; к сожалению, люди действительно стали считать политическую мораль особой моралью, то есть аморальностью. Разве нам с Вами не приходилось слышать такое мнение: “Неужели ты думаешь, что он говорит правду? Нет, он просто политик”. 

Видите, какая пропасть разделяет Вашу теорию и мнение народа? Вашу особую, политическую мораль народ называет просто ложью и обманом. А Вы должны считаться с народным мнением, потому что политика в лучшем своем смысле – дело народное, великое служение народу. Я понимаю, что Вы хотите. Вы хотели бы изыскать некий особый способ правления, чтобы и народ преуспевал, и государство развивалось. И этот особый способ, неизбежно напоминающий рулетку, Вы называете политической моралью. Я не сомневаюсь в благородстве Ваших намерений, но все, что Вы говорите, находится вне понятия морали, вне христианства, вне культуры. Это давно известные игры сильного со слабым, заигрывания, в которых, когда не помогают искусственные улыбки, в ход идут зубы, когти, и наоборот. Народ говорит так: правдой земля стоит. Если Вы презираете эту незыблемую народную аксиому, как “невежество”, послушайте, что утверждают цивилизованные англичане: “Честность – лучшая политика”. Были времена в политической истории Англии, когда они думали иначе, но опыт научил их тому, что честность воистину лучшая политика.

 h_M4ZX1VwjU

Один известный американский государственный деятель сказал: “Если бы американцы шли в парламент с теми же мыслями и чувствами, с какими идут в церковь, тогда государство наше было бы крепким и народ счастливым”. Даже среди древних язычников на Балканах наиболее прославились те правители, которые и в государственных делах, и в частных держались одних и тех же моральных правил. Вспомните, как поступил праведный Аристид, когда голосовали об изгнании его из отечества. Один незнакомый безграмотный человек попросил Аристида написать на черепке: “Изгнать Аристида!”. И Аристид не колеблясь написал слова, которые были ему в ущерб. 

Христианская вера, как ничто и никогда раньше, объявила и утвердила единство морали. Одной из главных причин нынешних смут и бедствий небольшого европейского континента является двойная мораль. Одна мораль применяется в частной жизни, другая – в общественной. О том, что двойная мораль не приводит народ к добру, свидетельствуют нам отношение израильских старейшин ко Христу и дальнейшая история народа Израиля. Казня лжесвидетелей в своем народе, первосвященники сами искали лжесвидетелей для суда над Христом. Между собой они говорили, что Он на стороне римлян (см.: Ин. 11, 48), а перед римлянином Пилатом – что Иисус против римлян и кесаря, ибо Сам Себя царем делает (см.: Ин. 19, 12), прибавляя лицемерно: нет у нас царя, кроме кесаря [134]. Вот двойная мораль. Вот политическая мораль, которой иудейские политики, желая спасти свой народ, погубили его. Видя все эти сети, всю эту безнравственную фарисейскую возню вокруг Себя, Господь прорек: Се, оставляется вам дом ваш пуст. Вот Вам плод политической морали. Вот страшный урок всем народным лидерам, которые раздирают мораль надвое, удаляясь от народной аксиомы: правдой земля стоит. 

Письмо пенсионеру С. П., который по своему разумению объясняет японо-китайскую войну 

Должен признаться, меня удивило Ваше истолкование войны между китайцами и японцами. Вы говорите: тем самым в Европе устранена военная опасность. Война перенесена на противоположную сторону земли, туда, где ночь, когда у нас день. И Вы с ликованием предрекаете мир в Европе. 

Разве возможно радоваться миру, когда Вы слышите о войне в какой бы то ни было части света? Разве приятны Вам пища и питие, веселье и кинематограф, смех и шутки, когда Вы мысленно достигаете маньчжурских полей и видите промерзших, окровавленных, голодных и озверелых людей, потомков того же прародителя, от которого произошел и Ваш народ, и мы с Вами? Каждый вечер Вы слушаете радио (смотрите телевизор, читаете посты в блогах – ред. ) и думаете, что от его болтовни становитесь умнее. Самое важное, что могло бы сообщить радио в наши дни,– это стоны тысяч раненых и умирающих, рыдания матерей, вдов и детей двух великих держав. Все они такие же, как Вы, люди, живые души, жаждущие жизни и счастья. И над ними светит такое же солнце, что и над Вами. И так же, как и на Вас, взирает на них заплаканное око Божие. Следовательно, не ликованию время, а печали. 

И это печаль не одного или двух человек, но печаль народов и племен, печаль государств. Когда главы европейских стран объявляют государственный траур по поводу смерти какого-нибудь принца Бурбонского или Савойского, как же они забывают объявить траур по поводу насильственной смерти тысяч и тысяч человеческих существ, каждое из которых – принц в очах Божиих? Если бы европейские народы были воистину просвещенными, они установили бы государственный и народный траур по поводу любой войны в любой точке земного шара. Во имя сострадания закрывались бы рестораны, игорные дома и кинотеатры, запрещались бы все развлечения, пока проливается братская кровь. Как бы радовались небеса, если бы славяне первыми установили такой порядок!

 graschenkov-9

Вы можете посмеяться моим словам. Знаю. И Пилат бы посмеялся. Но знаю, Христос смеяться бы не стал. А в отношении Вашего пророчества, что Европе обеспечен мир тем, что пламя войны вспыхнуло вдали от нее, будьте весьма осторожны. Не верьте ни себе, ни своему пророчеству. Ибо, когда разгорается пожар на одной стороне леса, разве ветер не может с легкостью перенести искру и на другой край? 

Письмо воину Иоанну Н., обретшему веру Христову 

Ты пишешь о чудесном случае, который приключился с тобой на войне. Кто-то перед началом битвы раздавал солдатам Евангелие. Маленькие, красиво оформленные книжечки. Взял ее и ты. И едко заметил: “Здесь требуются сталь и свинец, а не книги. Если сталь нас не спасет, то книги и подавно!”. Вот какое замечание ты сделал тогда, ибо до того дня ты веру Божию полагал за ничто. Ты смотрел на нее как на ветхую одежду, которую человечество с незапамятных времен влачит на себе без пользы. 

Но все же ты взял книжечку и положил ее во внутренний карман с левой стороны. И что же случилось? Ты сам говоришь: чудо Божие, и я подтверждаю это. Вокруг тебя падали раненые; наконец, был повержен и ты. Попало в тебя стальное зерно. Ты схватился рукой за сердце, ожидая, что хлынет кровь. Позже, когда ты разделся, то нашел застрявшую в твердом переплете книжечки пулю: она метила прямо в сердце. Ты задрожал, как в лихорадке. Перст Божий! Святая книга спасла твою жизнь от смертоносного свинца. Тот день ты считаешь своим духовным рождением. С того дня ты стал бояться Бога и внимательно исследовать вероучение. Итак, вера Христова не ветхая одежда, и не напрасно несет ее человечество.

Господь милостью Своей открыл тебе глаза. Написано: “Бог праведных любит и грешных милует”. Одни на войне погубили тело, а иные — душу. Первые потеряли меньше. А некоторые душу свою обрели, и они истинные победители. Были и такие, кто ушел на войну как волки, а вернулись как агнцы. Я знаю много таких. Это те, кто, как и ты, благодаря какому-то чудесному случаю ощутил, что невидимый Господь ступает рядом с ними. Как говорит славный псалмопевец: Предзрех Господа предо мною выну, яко одесную мене есть, да не подвижуся. Читаешь ли ты Псалтирь?  Если ты, будучи неверующим, ощутил, как Всевышний входит в человеческую жизнь, как же это должны чувствовать верующие?

 Письмо снова воину И., в подтверждение случившегося с ним

Если ты, будучи неверующим, ощутил, как Всевышний входит в человеческую жизнь, как же это чувствуют верующие и воцерковленные?

Один известный житель Белграда рассказывал мне, как Господь спас его от ареста. Согнали нас, говорил он, в полицейское управление и построили во дворе. Охранники кесаревы избивают, издеваются, заушают. Кого? Сыновей косовских! Детей князя Лазаря! Тех, кого хотят интернировать, толкают в сторону, кричат: “Войти в участок!”. Тем, кого отпускают: “В переулок!”, но тех, других, было меньшинство. Я в страхе стою и молюсь про себя: “Господи, спаси меня!”. Подошла моя очередь. “Чем занимаешься?” – злобно спросил меня солдат. “Господи, спаси меня!” – последний раз прошептал я и, не раздумывая над ответом, сказал: “Господин, я держу булочную и кормлю своим хлебом детей”. Он несколько раз отгонял меня то влево, то вправо, пока не крикнул: “В переулок!”.

 1366012016_dushevnie_photo_04

Пути всемудрого Господа неисповедимы, тысячи и тысячи путей защиты и спасения у тех, кто Ему молится: В страхе пред Господом – надежда твердая, и сынам Своим Он прибежище. Разве не знаем мы случаи, когда у гонителя помрачается зрение и не видит он того, кого ищет погубить? Или когда заблудится грабитель и не найдет дома, который шел ограбить? Жена одного сербского офицера свидетельствовала об этом. Она смотрела, как вражеские солдаты идут из дома в дом, грабят, ломают, уводят людей в плен. Вот уж пришли они к соседям… что делать? Позвала свекровь и детей, и упали все на колени перед иконой святого Архангела Михаила и в слезах молились. А солдаты бесчинствовали у соседей. Вышли, хлопнула дверь. Вот, сейчас войдут в ее дом… Вот, вот... Не вошли, не дал Господь! Не напрасно молились. Выйдя от соседей, они прошли мимо дома того офицера и вошли в другой. Отвело их от дома, связанного молитвой с небом.

Тебе потребовалось получить пулю, чтобы, оставшись в живых, почувствовать присутствие Божие. А великие святые и праведники чувствовали присутствие Его даже в движениях мысли и сердца. Старайся и ты подняться до такой духовной высоты, к такому тонкому познанию путей Господних, к такому живому ощущению Бога. 

Письмо писателю о войне 

Вы сердитесь на меня за то, что в книге “Война и Библия” я пишу, что Господь попускает войны по человеческим грехам, так же как голод и мор. Все, что я писал, писал не по своему разумению, а по Священному Писанию Божию. Ни один человеческий разум не в состоянии объяснить всю совокупность того зла и горя, которая названа одним коротким словом – война, не может объяснить того и мой разум, но все объясняет и освещает, как яркое солнце, Священное Писание Божие. Господь устами пророка Нафана говорил царю Давиду: восставлю после тебя семя твое… и упрочу царство его, но, говорит Он далее: если что злое соделает, накажу ударами сынов человеческих (ср.: 2 Цар. 7, 12, 14). А что означают удары сынов человеческих, если не войну? И исполнилось слово Божие. Сын Давидов Соломон и сын Соломонов Ровоам сотворили злое пред лицем Божиим, и вышел царь египетский Сусаким против Иерусалима и взял сокровища дома Господня и сокровища дома царского. Всё взял! 

Вы спрашиваете, как Господь может попускать такое несчастье людям, где же благое Его учение? На бумаге. Если бы оно было начертано в сердцах человеческих, люди жили бы в мире. Укрепите совесть и сократите военные расходы. Старайтесь, как член Церкви, очищать мир от неправды и беззакония, и угроза войны растает, как туман. Ибо насколько бессмысленно призывать жителей города, в котором свирепствует чума: “Станьте здоровыми!”, настолько же бессмысленно кричать: “Мир! Мир!”, а жить в греховной нечистоте и безнравственности. Здоровье само придет в город, когда он будет очищен от грязи и чумной заразы, и мир придет к народам, когда они очистятся от чумы безверия и греха. А иначе на наши крики: “Мир! Мир!” – отзовется нам не мир, а война… 

Перевод на русский язык писем святителя Светланы Луганской.

  lUVdPmzdECg