Храм Вятки с 300-летней историей

Литургия - вынос чаши В книгах и статьях, посвященных футурологическим реалиям,  православных и светских ученых, писателей, журналистов  осмысление глобализации постоянно соотносится с Откровением  Иоанна Богослова. По существу, многие авторы ставят знак равенства  между «Последними временами» и фактами мировой культурно-  экономической интеграции. Они испещряют свои серьезные тексты  десятками цитат из Откровения; находят в явлениях современной  жизни убедительные события, предсказанные в этой доброй  пророческой Книге. 

  Преждевременность

Однако, это сопряженность  видится преждевременной. Апокалипсис книга не Евангельского поражения во времени, она возвращает человечество в Метаисторию. Начинает с Райских Яслей, поднимает на Голгофу человеческой истории, и возводит к Воскресению и Вознесению мира «Одесную Бога». Какой главный соблазн открывается, как и в первые века христианства, при прочтении этой «распечатанной книги»? Приблизить конец истории, так ускорить мировой ход времени, чтобы до Второго Пришествия было как до районного суда!

Удобная социально-душевная позиция: «картошку сажать не надо», детские сопли подтирать не надо, торговать не надо (О счастье, бедного российского интеллигента!), по бюрократическим инстанциям ходить не надо, книги писать не надо, даже молиться вообще-то не особенно надобно, ибо терпение «последних времен» выше «поста и молитвы», да еще вспоминается «последние станут первые» и тому подобное. «Я ни за что не отвечаю, ни к чему не стремлюсь. Я весь ожидание, живая тайна апокалипсического чаяния!» В этом главный «кроткий» соблазн! Скорей всего он не так, ярко и анекдотично проявляется в общей культурной среде, но где-то в глубине души у каждого звучит эта удачная эсхатологическая конструкция, и хвостом крутит: «Все дела сгорят. Вся культура человеческая погибнет в Огне Божьем! И еже ли небеса совьются от вселенского черного жара, яко свиток, то, что тогда сказать о бумажных страницах?» Не только рукописи, самые их творцы полыхнут огнем неугасающим!

Самая Откровенная Книга

Но, нет необходимости приближать события этой откровенной Книги.  Именно откровенной, открывающей, а не затемняющий смысл. Святые отцы почти не толковали Откровение Иоанна. Мудрое объяснение этому факту оставил А.Ф. Лосев. Он писал: « Если образы Апокалипсиса имеют переносное значение, то в целях пророчества, как поступали пророки Ветхого Завета, гораздо целесообразнее было бы прямо назвать, перечислить и описать грядущие события, а не облекать их в мистические туманные образы. Если допустить, что образы Апокалипсиса имеют точный определенный смысл, например, блудница на водах многих есть Англия, Рим, Америка, то это значило бы, что все события уже предопределены, что они предсказаны, как лунные затмения. Голый механизм не есть религия. Такие предсказания противоречат свободе человека, который волен спасаться и погибать, то есть, волен ускорять или замедлять ход мировой истории»

«Ускорять или замедлять» - это очень важно правильно осмыслить. Точные пророчества о Христе иного рода. Бог Сам Своей волей определил свое земное воплощение, не нарушая ничьей свободы. Ибо свобода, как известно, есть первое условия любви. И посмотрите, как он негордо входит в поток человеческой истории. Не яростной сокрушающей вселенской формулой подобно Кришне, а младенцем. Один из учеников духовного училища в проповеди на Рождество написал: «Давным-давно, много лет назад, на краю великой Римской империи в Богом забытой пещере...» Это, конечно, смешно, но о языческих божествах так написать было бы невозможно. Господь не назначил конкретной даты Своего Второго Пришествия именно потому, что она во многом зависит от нас, от людей; находится, как это ни странно сказать, в зависимости от человеческой свободы.

Но продолжим цитату: «Тогда, значит, остается образы Апокалипсиса понимать буквально? Да, совершенно, верно. Апокалипсические образы должно понимать буквально в их символическом смысле. Другими словами, судить о том, как должно исполниться пророчество, можно только по наступлении того события, которое предречено. Скажут: зачем же тогда пророчество? Оно необходимо, чтобы установить смысл грядущих времен, а не их факты». Об этом-то и забывают многочисленные толкователи Откровения, изъясняя только голые факты будущих событий».

Без всякого толкования из Откровения нам стало многое известно: Оскудение веры и милосердия, великие земные бедствия, Второе Пришествие и Слава Небесного Иерусалима. Бог не хотел нас запугать или душевно обескровить унынием, напротив, Он желал каждым своим Последним Словом на языке человеческом (ибо это было последнее Его использование письменной культуры), вселить дух мужества, труда и крепкой надежды на Победу. Именно к этому и призывает обращение Ангела к Поместным Церквям.

Бог зовет нас, не только на первых станицах райского бытия, еще до грехопадения, возделывать тварный Космос, но в завершающих главах Своей Книге, призывает к высокому труду и творческой харизме, к духовно-культурным свершениям, «имже несть числа»!

Один музыкант, не сумевший в годы сегодняшней русской смуты реализовать свои дарования, поделился страхованиями: «Мне кажется, совсем скоро будет конец мира!» «Почему Вы так думаете?» « Ну, людям не нужна музыка!» « Вы считаете, Ваша музыка не нужна? «И моя тоже!» « Знаете, один старый священник сказал, да, людям сейчас не то, что музыка, людям не нужно Евангелие! Но знайте, знайте, зато Евангелию, Любви Божией люди нужны и желанны! И если люди сегодня не интересуются Благой Вестью, это совсем не значит, что конец света близок! Мир завершится только в тот момент, когда безвинная, только что народившаяся человеческая душа, не сможет пробиться к Божьей Любви через тенеты человеческого зла и природных вселенских потрясений. Когда священник не сможет вместе с народом Божиим поднять перед престолом Чашу с Животворящими Тайнами! А сейчас еще столько добра и любви в людях по всей земле! Столько сил жить, молиться, учиться, творить в земных пределах!»

Парадоксы глобализации

Глобализация - процесс нелинейный и крайне противоречивый. Например, с одной стороны Объединенная Европа, одна Лютая Валюта, единые «приятые во всех отношениях» «Чичиковские» государственные границы, каучуковая дубинка массовой культуры и прозрачная эстетика туалетной бумаги, этого бело-робкого капитуляционного флажка цивилизации перед смертью, а с другой стороны - жестоковыйный Китай и размягченная индустриальной медитацией Индия! Но и Востоку не избежать Глобализации, ибо не прокормить и не одеть, а главное, «не развеселить» ему такую прорву народа, основываясь только на старой несетевой экономике и «электрификации всей страны». Вот, всего лишь одно свидетельство из дневника священника Александра Шмемана: « Старый «неподвижный» Восток умирает - просто от количества людей. Без «технологий» Запада ему не выжить».

Неуютно становится тогда, когда мы, обедняя себя, видим человеческую цивилизацию только с западной стороны. Поэтому, не обсуждая экономические выгоды и утраты мировой интеграции, можно выразиться, предельно просто, и даже простовато, так: Да, глобализация в сфере культуры действительно происходит. У нас есть, например, дзен-буддийствующий, писатель В. Пелевин. Существует немалое число фантастов оккультно-гностического направления или приверженцев шаманизма северных народов, как, к слову сказать, видим это в цикле рассказов Василия Кунцова о неком шамане, старом Найдаке. А сколько сегодня молодых русских писателей «подсели» на художественно-духовный опыт китайской религиозной парадигмы. Можно назвать хотя бы несколько имен: Алексей Шведов, Алексей Бессонов, Андрей Дашков, Александр Силаев. Кажется, мы катимся вниз на гребне восточного неоязыческого цунами! Но это только, именно кажется, мнится, грезиться в одиноком сне художественного индивидуализма! Подлинная картина как раз иная!

Вектор устойчивости

Русская культура на протяжении уже более ста лет необычайно сильно влияет на современный мир культуры не только Западной, но и Восточной, даже такой своеобычный художник, как Сальвадор Дали, до «безумия» в прямом смысле, любил все русское, а вспомним Ремарка, Рильке, Воннегута, нет им числа! Хемингуэй во многих своих письмах и статьях молодым писателям и даже старшим, таким, как Фицджеральд, советовал учиться писать у Толстого и этот процесс сейчас не остановился, а, напротив, изо дня в день набирает обороты! Пожалуй, нет ни одного иностранного серьезного писателя, который бы для построения своей художественной сферы не опирался бы на опыт русской литературы.

За последние несколько поколений культура «деревни» практически исчезла. Этому способствовали множество «разумных» причин, и не только сталинская прополка крестьянства и убийственные директивы «вездесующейся» всем известной партии. «Деревня» умалялась в 20 веке по всему миру, и продолжает умаляться. Нам не остановить поступательное движение в развитии человеческой цивилизации, как не остановить времена года. Это ясно без доказательств. На лошадях почту уже не перевозят, и дом керосиновой лампой не освещают. Новые компьютерные технологии глубоко изменяют творческий процесс писателя, особенного молодого. Как ни грустно это сознавать, но даже черновик, как система сохранения создания художественного произведения, исчезает. Остается голый художественный текст без корней и почвы, как в первые века письменности. Завершается постиндустриальная эпоха. На ее смену приходит «кремневая» цифровая волна. Придут новые формы культуры, как пришел городской романс на смену крестьянской сезонной песни. Не лучше и не хуже, другие, соответствующие самосознанию и мировосприятию современного человека.

Основания исторического оптимизма

Как ни странно, но именно русским монахам свойственен исторический оптимизм: русская культура обречена на творческое делание и процветание до самого Второго Пришествия. Этому имеется одна серьезная «вечная» причина. Издавна наш народ величают, народом богоносцем, Народом избранным. В этих словах нет гордости, а только послушание и обязанность хранить веру православную. А что самое главное в Православии? Евангелие? Сердечная молитва? Закон Божий? Аскеза? Нет, это все производное от главного. Литургия, вот подлинное Христовое живое сердце русской культуры! Его биение слышим мы в строчках Державина и Жуковского, Пушкина и Тютчева, Толстого и Достоевского, Чехова и Шмелева, Зайцева и Бунина! Каждого русского художника, который жил и припадал к материнскому животу родной земли!

Бог дал нам эту Сыновью жемчужину Евхаристии на хранение! Сберегая ее, наш народ выковал в себе могучий государственно-соборный стержень, благодаря которому он и воздвиг и распространил нашу Империю от края земли до океана! Но, когда мы перестали хранить подобающим образом Евхаристическую Святыню и все удачи и подвиги стали приписывать своим талантам и силам, царство русское было рассеяно. Особенно ярко и полновесно об этом в своих пророческих проповедях говорил Иоанн Крондштатский.

Утраченное и Удержанное

 Что же такое Литургия? Божья Технология хранения культуры! Литургия не отделена от земной жизни. Она сопряжена с ней «неслитно, нераздельно, неразлучно и неизменно». Бог даровал нам ее не только для вхождения в Вечность, но и как образец, созидательную икону, духоносную конструкцию для свершения человеческих дел в тварных пределах.

Принимать или нет участие в глобальных экономических преобразованиях, вопроса нет. Однозначно - путь России лежит в этих пределах. Другое дело, насколько и в каком качестве? Еще лет 60-100 пока не найдут новые автономные источники энергии путь всего мира будет интеграция, возрастающий индивидуализм, как реакция на скученность жизни и информационное засилие; мегаполисы и соответственная им техногенная массовая культура. Но этот путь не долог. И он в свое время уступит другим образам государственного и социального устроения. Многое из ныне Утраченного, не «Удержанного»(2 фес. 2,7) вернется, ибо у людей появятся силы, а главное необходимость к восстановлению прежней культурно-национальной идентификации. Роль малых человеческих сообществ в новых экономических условиях чрезвычайно возрастет, и люди будут находить личностную самостийность не в «ужимках и прыжках» масмедиа, а в основаниях культуры своего народа, ибо ничто так не страшит человека, как потеря собственного имени. Культура же и есть та личностная колыбель, которая дарует и закрепляет имена.

Литургическая память

Вся трудность в том, как сохранить в этих условиях национальное самосознание, "русскую идею"? В горизонтальной душевно-художественной плоскости культуры сделать это будет чрезвычайно непросто. Предвидится множество горьких утрат и поражений на этом пути. Но у русского народа есть совершенно уникальная возможность хранения! И это вовсе не школярское, архивное дело! Не Кнехтовский подход в «Игре в бисер»! Это сбережение и приумножение, как в количественном, так и в качественном отношении, культурной вертикали - Литургии, этого, выражаясь языком «кремниевой долины» высокотехнологического продукта «жизни будущего века". Литургическое творчество-хранение - и есть в самом буквальном смысле по слову А.Ф. Лосева «замедление истории», онтологическое интегрирование в земное пространство и время Победы Христовой над вселенской энтропией, Вектор Заземления.

Евхаристия по обетованию Церкви, хоть и имеет временную начальную точку, принадлежит Вечности. Она совершенна и нерушима, как любовь в Святой Троице. Литургия - это историческая синергия народа Божия с Отцом и Сыном и Святым Духом! Русская Церковь не погибнет и не отомрет, как сухая лоза на древе Вселенской Церкви, как некоторые поместные общины, упомянутые в Апокалипсисе, ибо удержала и продолжает удерживать Евхаристию драгоценным тихим подвигом тысяч и тысяч новомучеников и исповедников российских.

Земля, политая, так изобильно мученической «искренней» кровью не может остаться без плода! "Слово о погибели земли русской" было восплакано в первой половине 13 века! Но «земля русская, светло украшенная» восстала и раскинулась под небом обширными стократными «хлебами»! И, после еще не раз писали об этой «погибели»! Да и всегда готовы, может быть, вновь и вновь, черкнуть об этом кощеевой костью на полях сражений! А Отечество наше будет стоять! Будет жить, и жительствовать с Евангельским "избытком".

Самые серьезные и глубокие, талантливые и самобытные произведения современных русских писателей, подчас даже, вопреки их горькому сердечному настроению и историческому видению, как раз об этом и провозвещают и поют: никогда не погибнет ни земля, ни язык, ни сам народ русский в смертоносной круговерти истории, ибо с нами Бог и Его Евхаристия! И никакого "прощания с «Матерой»!"*

 

* «Прощание с Матерой» - культовый знаменитый  роман Валентина Распутина о русской деревне.